В некотором царстве, в далёком государстве жили царь с царицей, и был у них сын Иван-царевич. С рождения он не говорил ни слова.
Исполнилось ему двенадцать лет. Пошёл он в конюшню к любимому конюху, а конюх сказал ему не сказку, а тайну:
— Иван-царевич, скоро родится у тебя сестра. Будет она страшная ведьма. Съест отца, мать и всё царство. Проси у батюшки лучшего коня и уезжай, куда глаза глядят.
Иван-царевич впервые заговорил. Царь от радости не стал расспрашивать, зачем ему конь, велел оседлать самого лучшего. Сел Иван-царевич и поскакал.
Долго ехал он. Встретил двух старых швей и попросился к ним жить.
— Мы рады бы, — отвечают они, — да нам недолго осталось. Дошьём сундук ниток, доломаем сундук иголок, и конец наш придёт.
Заплакал царевич и поехал дальше. Встретил Вертодуба.
— Прими меня к себе.
— Рад бы, — говорит Вертодуб, — да как выверну последние дубы, так и мой срок выйдет.
Ещё сильнее заплакал Иван-царевич и поехал дальше. Встретил Вертогора.
— Прими меня к себе.
— Рад бы, — говорит Вертогор, — да как переверну последние горы, так и мне жить недолго.
Поехал царевич дальше и добрался до Солнцевой сестры. Она приняла его ласково, кормила, поила, как родного сына берегла.
Хорошо ему жилось, только сердце тянулось домой. Поднимался он на высокую гору, смотрел на родной дворец и видел: всё царство разорено, только стены стоят. Три раза плакал он, а на третий признался Солнцевой сестре и выпросил позволение съездить домой.
Солнцева сестра дала ему в дорогу щётку, гребёнку и два молодильных яблочка.
Едет Иван-царевич назад. Вертогору осталась одна гора: бросил царевич щётку, и выросли новые горы, одна выше другой. Вертодубу осталось три дуба: бросил царевич гребёнку, и поднялись густые дубовые леса. Старым швеям дал по яблочку, и стали они молодыми. За это подарили они ему платочек: махнёшь им — позади озеро разольётся.
Приехал Иван-царевич домой. Сестра встретила его ласково:
— Сядь, братец, поиграй на гуслях, а я обед приготовлю.
Сел он играть. Вдруг из норки выглянул мышонок:
— Беги, царевич! Сестра ушла зубы точить.
Иван-царевич вскочил на коня и поскакал. А мышонок бегал по струнам, гусли звенели, будто царевич всё ещё играет.
Вернулась ведьма, увидела обман и бросилась в погоню. Иван-царевич махнул платочком: стало позади глубокое озеро. Ведьма переплыла. Вертодуб завалил дорогу дубами. Ведьма прогрызлась. Вертогор поставил на пути горы. Ведьма и через них перелезла.
Вот уже она близко. Иван-царевич подъехал к теремам Солнцевой сестры и крикнул:
— Солнце, Солнце, отвори оконце!
Окно открылось, и царевич вместе с конём вскочил внутрь. Ведьма стала требовать брата, но Солнцева сестра не выдала его.
Тогда ведьма сказала:
— Пусть он выйдет со мной на весы. Кто перевесит, тот и победит.
Сел Иван-царевич на одну чашу, ведьма ступила на другую. Чаша с ведьмой пошла вниз, а царевича подбросило вверх прямо в небесные терема. Так он остался у Солнцевой сестры, а ведьма-змея осталась на земле.